metrika
Великие Тайны Библии

Историчен ли Авраам?

В XIX веке, когда многие науки, на которые в той или иной мере опираются исследователи Библии, еще не имели столь обширных и глубоких фактов, как в настоящее время, историческая реальность многих событий и лиц вызывала немалое сомнение. Коснулась подобная недоверчивость и личности Авраама.

Так, немецкий востоковед и исследователь Библии Велльгаузен был убежден, что вся история жизни Авраама является проекцией исторической действительности жизни Израиля во времена плена на более древний период, в котором якобы жил Авраам.

i_025.jpg

Изгнание Агари и Измаила Авраамом. Гравюра Ю. Шнорр фон Карольсфельда. 1860 г.

Другой немецкий библеист Г. Гункель также отвергал историчность библейского рассказа об Аврааме, считая его мифом, который не находится в тесной связи с подлинными историческими событиями.

Но наряду с этими взглядами существовали и иные, прямо противоположные. Одним из ярких представителей этого крыла исследователей Библии являлся американский археолог, семитолог и историк У. Олбрайт. Отстаивая свои взгляды, он, в частности, писал: «Одно за другим делаются открытия, подтверждающие точность бесчисленных подробностей и укрепляющие признание Библии как исторического источника… До последнего времени среди историков Библии было модно рассматривать рассказы о патриархах книги Бытия как искусственные создания израильских писцов эпохи Разделенного Царства или как сказки, которые распевали изобретательные рапсоды вокруг израильских костров в течение веков после оккупации страны…

Археологические открытия, сделанные с 1925 г., опровергли эти взгляды. Кроме считанных твердокаменных ученых старшего поколения, вряд ли найдется хотя бы один историк Библии, на которого не произвели бы глубокого впечатления быстро накапливающиеся данные, подтверждающие, насколько, по существу, историчны предания о патриархах».

В пользу этой точки зрения говорит ряд убедительных фактов. Во-первых, Авраам – это личное имя, которое, помимо Библии, встречается и в других источниках и не является ни эпонимом, ни названием мифического персонажа. Согласно У. Олбрайту, имя Авраам означает: «он велик в том, что касается его отца», то есть указывает на знатное происхождение его носителя.

Во-вторых, тщательно проанализировав рассказы о жизни ветхозаветных патриархов, экзегеты Библии и историки пришли к выводу, что в этих историях рассказывается о людях, которые рождаются, женятся, обзаводятся детьми, ухаживают за мелким и крупным скотом, выращивают урожай, а также поклоняются своему Богу. То есть в этих рассказах показана повседневная жизнь обычных людей. И в них отсутствуют такие характерные для древневосточных сказок и легенд особенности: например, вырастающие на пути золотые горы. Кроме того, в них называются не сказочные места, а реальные географические местности, города, страны: пустыня Негев, пустыня и город Харан, города Ур, Хеврон, страна Египет и т. д. К тому же, написаны истории о праотцах не стихами, как большинство легендарных сказаний, а прозой. А это значит: вероятность того, что в Ветхом Завете рассказывается о реальных исторических личностях, весьма велика.

В-третьих, в качестве исторического аргумента, подтверждающего реальность событий, о которых рассказывается в истории Авраама, часто приводится война Авраама против альянса месопотамских царей (Быт. 14). При этом считается, что один из них – царь Амрафел – это вавилонский правитель Хаммурапи, а его союзники – другие халдейские государи. Английский исследователь К. Китчен также отмечает, что приблизительно в 2000–1750 годах до н. э. такие коалиции месопотамских царей были широко распространены. Впрочем, многими исследователями эти аналогии оспариваются.

Еще одним подтверждением той точки зрения, что Авраам – личность реальная, может служить упоминание в книге Бытие двух столиц Древней Ассирии: Ниневии и Калаха. «Из сей земли (Сеннаар) вышел Ассур и построил Ниневию, Реховофир, Калах. И Ресен между Ниневиею и между Калахом» (Быт. 10: 11–12).

Очень много внимания исследованию историчности Авраама уделили израильские ученые. Особенно точно и определенно идею историчности библейских историй о ветхозаветных патриархах сформулировал профессор Тель-Авивского университета Йегошуа-Меир Гринц.

Опираясь как на исследования У. Олбрайта, так и на свои собственные, Гринц, например, доказывает, что патриархи жили по законам и обычаям Месопотамии первой половины второго тысячелетия до н. э., в частности, в соответствии с законами Хаммурапи.

Много нового и любопытного в понимание истории жизни патриархов, в том числе и Авраама, внесла вышедшая в 2003 году книга известного английского ученого-египтолога и исследователя Древнего Востока Кеннета Китчена «О достоверности Ветхого Завета».

Например, ученый приводит факт уплаты 20 шекелей серебра за Иосифа; а ведь примерно столько же и стоил раб в XVIII веке до н. э. До этого цена рабов была ниже – около 10–15 шекелей, а в более позднее время они ценились дороже.

Кроме того, и на этом К. Китчен заостряет особое внимание, многие из обычаев праотцов, о которых речь идет в Бытии, не упоминаются в качестве законов в книгах Исход и Второзаконие. Но зато их аналоги есть в сборниках законов Месопотамии начала второго тысячелетия до н. э. Так, в соответствии с законами Хаммурапи, бездетная женщина могла разрешить мужу иметь плотскую связь со своей рабыней, чтобы та родила ему детей. Нечто похожее можно прочесть в рассказе о Сарре, которая, будучи бесплодной, позволила праотцу Аврааму иметь близость со своей рабыней Агарь (Быт. 16: 3). Сыновья же, которых родили такие рабыни, по законам Хаммурапи, имели право на наследство, если их признавал отец.

В связи с этим любопытен эпизод, когда Сарра потребовала от Авраама изгнать из дома Агарь и ее сына Измаила, чтобы тот не получил права на наследование. Но Авраам делать этого не спешил. И только по Божественному повелению он выполнил требование Сарры и изгнал Агарь и ее сына.

Нельзя обойти молчанием и упоминаний о верблюдах и филистимлянах в рассказах о патриархах. Дело в том, что ряд исследователей считают, что до конца второго тысячелетия до н. э. верблюды в качестве домашних животных использоваться не могли. Филистимляне же прибыли в Землю обетованную лишь в начале XII века до н. э.

Против этих предположений К. Китчен приводит несколько довольно убедительных аргументов материального характера. Это: череп верблюда, обнаруженный во время раскопок в Египте, статуэтка верблюда из Библа, изготовленная примерно в XIX–XVIII веках до н. э., а также печать с изображением верблюда из северной Сирии, датируемая XVIII веком. Значит, верблюды в то время все же использовались. Но об этом говорится также и в рассказах о праотцах.

Что же касается филистимлян, то в этом случае свою аргументированную версию выдвинул Йегошуа-Меир Гринц. На основании проведенных исследований он утверждает, что существовало два народа, называемых одинаково – филистимляне.

Те из них, о которых упоминается в книге Бытие, обитали в пустыне Негев. Они были в основном пастухами, и управлял ими царь. И именно они жили во времена праотцов.

А филистимляне, о которых идет речь, например, в книге Судей, прибыли в Землю Обетованную в начале XII века до н. э. Они расселились по Средиземноморскому побережью и создали союз из пяти городов-государств. С ними евреи и вели войны, описанные в Священном Писании.

Гринц считает, что трудно поверить в то, что кто-то, кто жил в тот период, когда евреи соседствовали со средиземноморскими филистимлянами, составил бы рассказы, в которых «переселил» бы их в Негев и приписал им черты, отличающие их от современных ему филистимлян. И Гринц, и Китчен уверены, что истории о праотцах были составлены поколениями людей, предшествовавших Моисею, и передавались в устной традиции.

Одним из аргументов тех, кто пытается оспаривать историчность Авраама, является тот факт, что Авраам не оставил после себя никаких материальных свидетельств, например, памятников. Но этот аргумент очень слабый, поскольку просто невероятно, чтобы небольшое полукочевое племя, в своем распоряжении имевшее лишь скот и походные шатры, могло думать о каких-то памятниках. Да и без памятников последние археологические открытия достаточно убедительно доказывают, что Авраам – личность историческая.

scroll